ЗАКРЫТАЯ ПАРТИЯ

(Пьеса в одном действии)

Cкачать PDF

Вышел месяц из тумана,
Вынул ножик из кармана,
Буду резать, буду бить…
Из детского фольклора


Действующие лица:
ЖОРА.
ОЛЕГ.
«ДОСТОЕВСКИЙ».
МУЖЧИНА.
ЖЕНЩИНА.
КРИСТИНА.
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК.

Основное действие происходит в квартире Жоры.

Сцена 1
Квартира Жоры. Она в запустении. В комнате – диван, обеденный стол, несколько стульев, шкаф, тумба с пластинками и проигрывателем. Обои в некоторых местах темнее – здесь раньше висели картины или фотографии. Старинные настенные часы лишь подчеркивают неуютность жилища. В комнате полумрак.
На кухне – та же пустота. Ж О Р А, в трусах и майке, сидит за кухонным столом. Перед ним настольная лампа, бутылка водки, рюмка.
Жора проходит в комнату. Снимает со спинки стула рубашку, надевает ее. Открывает шкаф. В нем только три одинаковых темных костюма. Жора передвигает их сначала в одну, потом – в другую сторону. Достает костюм. Одевается.
Возвращается на кухню. Достает лист фанеры и молоток с гвоздями. Взбирается на табурет и начинает заколачивать кухонное окно. От фанеры на него летит пыль. Жора, чертыхаясь, слезает, снимает пиджак. Снова взбирается на табурет. Продолжает прибивать фанеру. Теперь пыль летит на рубашку. Жора снимает и ее.
Окно заколочено. Жора закрывает его шторами. Включает настольную лампу. Садится за стол. Наливает половину рюмки. Выключает настольную лампу, выпивает в темноте. Включает лампу… выключает лампу… включает… выключает.
В темноте раздаются голоса.
ГОЛОС ЖОРЫ. Я ведь вот что хотел у тебя спросить... Что ты делаешь, когда думаешь о смерти?
ГОЛОС ОЛЕГА. О чьей?
ГОЛОС ЖОРЫ. О своей.
ГОЛОС ОЛЕГА. Я о ней не думаю.
ГОЛОС ЖОРЫ. Все когда-то думают.
ГОЛОС ОЛЕГА. Ты о самоубийстве, что ли?
ГОЛОС ЖОРЫ. О неизбежности.
ГОЛОС ОЛЕГА. В любом случае она будет. Что о ней думать?
Жора включает лампу. Берет телефон, включает его. Раздается звук сообщения. Жора нажимает кнопки.
ГОЛОС АВТООТВЕТЧИКА. Вам пришло голосовое сообщение. Отправитель неизвестен.
Жора нажимает кнопки. Раздается механический голос.
ГОЛОС ИЗ ТЕЛЕФОНА. Русская рулетка – самый оригинальный и самый нелепый способ ухода из жизни.
Жора отключает телефон. Сидит неподвижно. Наливает полную рюмку.
ЖОРА. Але… (выключает свет) Оп! (Выпивает.)
Раздается звонок в дверь. Жора включает свет. Снова звонок. Жора убирает со стола бутылку и рюмку. Сидит в ожидании. Звонок повторяется несколько раз.
Жора подходит к двери, смотрит в глазок. Опять звонок. Жора медлит несколько секунд, открывает дверь. На пороге – О Л Е Г. Он в деловом костюме, на плече – сумка, в руках – букет цветов и картина, завернутая в бумагу.
ОЛЕГ. Ну, слава богу! Встречай провинцию, Жора!
Жора пятится от двери. Олег проходит, отдает букет и картину Жоре. Снимает пиджак, вешает на вешалку.
ОЛЕГ. Ты что не отвечал-то? Я звоню, звоню… Олежа приехал, Олежу никто не встречает.
ЖОРА. Со связью что-то… Проходи.
Заходят в комнату. Олег осматривается.
ОЛЕГ. Все как прежде, Жорик. (Щипает Жору за живот.) И ты… почти как прежде.
ЖОРА. Я сейчас.
Жора ставит картину у стены, выходит из комнаты.
Олег ходит по комнате, осматривает обстановку. Жора на кухне. В растерянности смотрит, куда же деть цветы. Достает мусорное ведро, запихивает в него букет, убирает ведро в шкаф.
ОЛЕГ (громко). А Светка где?
ЖОРА (громко). На даче. У родителей.
Жора, надевая рубашку, идет в комнату.
ОЛЕГ (громко). Жаль… Пятнадцать лет не виделись.
Жора заходит в комнату, застегивая рубашку.
ЖОРА. Четырнадцать с половиной.
ОЛЕГ. Да… А что Светка, всё такая же… фифа? (Берет с полки пластинку.) О! Это та самая? (Жора кивает.) Круто. Помнишь, как мы?
Олег изображает игру на гитаре, поет отрывок из хита 90-х на английском языке.
ЖОРА. Ты.
ОЛЕГ. Что?
ЖОРА. Ты пел. Не мы.
ОЛЕГ. А… ты про это… Так что Светка? Цветы ей.
ЖОРА. Я понял.
ОЛЕГ. А картина – тебе. У меня жена, Кристина, – художница.
ЖОРА. Ты писал.
ОЛЕГ. Ну да. Так это подарок. От нее.
ЖОРА. Спасибо.
ОЛЕГ. Ты бы картину-то посмотрел.
ЖОРА. Потом.
ОЛЕГ (показывая на темное место на обоях). Вот сюда можно пока повесить. Повеселее будет… На той неделе из Венеции вернулись. У нее там выставка была. Ну, не персональная пока, конечно. Но все-таки. Как вернулись, я сразу сюда. В город детства. Ну, как договаривались. Да и дела подвернулись… Ты так и не сказал, что звал-то.
ЖОРА. Потом… Счас выпьем, закусим.
Жора выходит из комнаты, идет на кухню. Достает бутылку водки, рюмку, наливает.
Олег стоит посредине комнаты. Прислушивается.
ОЛЕГ (громко). Ты Кристине напиши. Ну, там «спасибо».
ЖОРА (громко). Да. Конечно.
Жора выпивает. Убирает бутылку и рюмку. Олег выбирает пластинку.
ОЛЕГ (громко). Ну, там «круто». Что понравилось. Ей приятно будет.
ЖОРА (громко). Без проблем.
Жора открывает холодильник, достает бутылку дорогого спиртного и закуски. Олег включает пластинку. Звучит зарубежный хит 80-90-х годов.

Сцена 2
Жора и Олег сидят в комнате за столом. Перед ними закуска и выпивка.
ОЛЕГ. Всё началось с программного обеспечения и мобильного интернета. Это же, Жора, глушь, Саратов. Поле непаханое. (Наливает Жоре и себе.) Потом – ЕСМ-системы, автоматизация клиентов банков. Давай, за нас.
Олег и Жора выпивают, закусывают.
ОЛЕГ. Дальше – бери больше. Автоматизация АЗС и нефтебаз. Понимаешь, куда клоню? Тут сразу нас центральный айти-холдинг под свое крыло. А что? Я не против. Кстати, хозяин с твоим тестем однофамильцы. Представляешь?.. (Наблюдает за реакцией Жоры.) Совпадение, говорю. (Наливает, поднимает рюмку.) Ну, давай…
Выпивают. Олег закусывает, Жора нет.
ОЛЕГ. Я что и говорю… Мы вполне самостоятельная компания для своего региона. И главное – единственная. Так что вот. Пахать да пахать. Косить да косить. Ха! Ну, понимаешь, да? А ты всё в институте своем? Ну, что неплохо. Свои перспективы. Ты кто там?
ЖОРА. Заведующий сектором реконструкций и мониторинга зданий и сооружений.
ОЛЕГ. Неожиданно… А мы тут у себя систему Smart City запускаем. Ну, «Умный город», слышал? Начнем с освещения улиц, дорог. Кстати, почему у тебя так темно?
ЖОРА. Тесть тяжело болен. Света на даче, с ним.
ОЛЕГ. Так ты что молчал? Тебе туда надо?
ЖОРА. Нет. Все нормально.
ОЛЕГ. А то смотри. Давай такси, да махнем. Светку хоть повидаю. Да и Семеныч тоже для меня не последний человек.
ЖОРА. Не стоит.
ОЛЕГ. Если ты про бабосы – всё есть. (Кладет Жоре руку на плечо.) Олежа приехал – Олежа платит.
ЖОРА (поводя плечом). Нет. Не стоит… беспокоить.
ОЛЕГ (убирая руку). Ну, как знаешь. (Наливает.) Давай за тестя. Чтоб жил долго.
Выпивают.
ЖОРА. А это вряд ли.
ОЛЕГ. Так серьезно? (Закусывает.)
ЖОРА. Сегодня я заведующий сектором, а завтра… не заведующий.
ОЛЕГ. Ну, ты брось. Тебя, наверно, и без Семеныча ценят. Ты всегда любил прибедняться…
ЖОРА. Светлана Семеновна у нас теперь начальник.
ОЛЕГ. Над тобой? Ну, дает!
ЖОРА. В другом отделе.
ОЛЕГ. Эх, жаль, что не увидимся… Так ты поэтому звал? Думаешь сменить сферу деятельности?.. Так написал бы просто. Я бы хоть обмозговал по дороге.
ЖОРА. Дело не в этом.
ОЛЕГ. Хорошо. А в чем?
ЖОРА. Давай выпьем. (Наливает.)
ОЛЕГ. За что?
ЖОРА. За встречу.
ОЛЕГ. Так пили уже.
ЖОРА. За удачный исход.
ОЛЕГ. Странный ты, Жорик. Был странный – странным и остался. И что в тебе только Светка нашла? Шучу-шучу. Давай.
Олег выпивает. Жора выпивает за ним. Жора встает, подходит к тумбе.
ОЛЕГ. В Италии пьют вино из декантера. Это графин такой. Мы купили. Сейчас покажу.
Олег достает смартфон, листает в нем фотографии. Жора берет лист с текстом. Возвращается к столу.
ОЛЕГ. Кристине понравился, мы купили… Нет связи… Странно… У тебя тоже не ловит?.. Вот смотри.
Олег показывает Жоре экран смартфона. Жора не смотрит на смартфон.
ЖОРА. Олег, у меня к тебе небольшая просьба.
ОЛЕГ. Ну, наконец-то. Роди уже, чё звал. (Продолжает нажимать на смартфоне кнопки.)
ЖОРА. Это не совсем о том…
ОЛЕГ. У тебя тоже связи нет?
Жора освобождает перед Олегом место на столе, кладет лист. Олег встает, ходит по комнате, пытается поймать связь.
ЖОРА. Вот.
ОЛЕГ (не глядя на лист). Что это?
ЖОРА. Надо подписать.
ОЛЕГ. Жорик, если это петиция, я не подписываю. Не важно, за что.
ЖОРА. Прочитай.
ОЛЕГ. Видел у тебя в сетях. Все эти перепосты за инвалидов в ожидании кончины и бездомных котиков – полное фуфло.
ЖОРА. Приют для бездомных животных.
ОЛЕГ. Вот-вот. Разводило для лохов.
ЖОРА. Всем нужна помощь.
ОЛЕГ. Я помогаю только адресно. В ком уверен. Кто проверен. А это не по мне.
ЖОРА. Это другое. Читай.
Олег подходит к столу, берет лист, читает стоя. Смотрит на Жору.
ОЛЕГ. Неожиданно… Это что, вообще?
ЖОРА. Просто подпиши. (Подает Олегу ручку.)
ОЛЕГ. Вот на этом листе, вот это вот я должен подписать?
ЖОРА. Да.
ОЛЕГ (обнимает одной рукой Жору за плечи). Жорик, ты серьезно?.. Я, твой состуденческий друг, которого ты не видел пятнадцать лет…
ЖОРА. Четырнадцать с половиной.
ОЛЕГ. Который подарил тебе, жалкому провинциалу, – шучу-шучу – этот город. У которого ты увел девушку – опять шучу – вот это я должен подписать?
ЖОРА. Это не так уж трудно.
ОЛЕГ. Для этого я летел за тысячи километров?
ЖОРА. Ну не совсем для этого…
Олег смотрит на Жору. Тот отводит глаза.
ОЛЕГ. Давай сюда перо, жалкий самозванец.
Олег берет у Жоры ручку, кладет лист на стол, подписывает.
ОЛЕГ. Если тебе от этого легче… Слушай, правда связи нет.
Олег идет по комнате, пытается поймать связь. Жора берет лист, выходит из кухни. Олег садится за стол. Берет бутылку, наливает. Пытается позвонить по телефону. Связи нет.
ОЛЕГ. Черт!.. Жорик…
Олег оборачивается: на пороге стоит мужчина в плаще и шляпе. В руках у него – потрепанный портфель. Это «Д О С Т О Е В С К И Й».
«ДОСТОЕВСКИЙ». Здравствуйте. Я – Достоевский.
«Достоевский» проходит, садится за стол, портфель ставит себе на колени.
ОЛЕГ. А где Жора?
«ДОСТОЕВСКИЙ». Вы Олег Николаевич Коноплянников.
ОЛЕГ. Он самый.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Я не спрашиваю. Я утверждаю.
ОЛЕГ. Неожиданно…
«ДОСТОЕВСКИЙ». Георгий Иванович скоро придут.
ОЛЕГ (берет бутылку). Тогда, может...?
«ДОСТОЕВСКИЙ». Винопийства не приемлю.
ОЛЕГ. Во как… А я выпью.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Будьте любезны…
ОЛЕГ. За великую русскую литературу! (Выпивает).
«ДОСТОЕВСКИЙ». Будьте любезны уделить мне пять минут вашего внимания.
ОЛЕГ. Хорошо. Но сначала объясните, кто вы.

Сцена 3
Олег сидит за столом, ест. «Достоевский» ходит по комнате.
Во время разговора Олега с «Достоевским» Жора стоит на кухне у стола, на котором запечатанная коробка, бутылка водки и рюмка. Прислушивается к тому, что происходит в комнате. Наливает, выпивает. Берет нож, разрезает коробку. Достает из нее конверт, рассматривает его. Вскрывает, разрывая. Достает из конверта красный лист, рассматривает его. Садится за стол, читает.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Смертельно раненный Пушкин сказал своей жене: «Наталья Ивановна, носи по мне траур два года».
ОЛЕГ. Николаевна.
«Достоевский» останавливается, смотрит на Олега.
ОЛЕГ. Жена Пушкина по отчеству Николаевна…
«ДОСТОЕВСКИЙ». Не важно.
ОЛЕГ. Опрометчиво. Пушкин бы вас за это на дуэль.
«ДОСТОЕВСКИЙ» (продолжает ходить по комнате). «Носи по мне траур два года. А потом выходи замуж».
«Достоевский» за спиной Олега подходит к шкафу, берет пластинку, рассматривает ее.
ОЛЕГ. Там еще одно уточнение было.
«Достоевский» ставит пластинку на место, берет другую.
«ДОСТОЕВСКИЙ». И какое?
ОЛЕГ. За порядочного человека… (Доедает, отодвигает от себя тарелку.) А вот вы, Федор Михайлыч, порядочный человек? Или вы не Федор Михайлыч?
«ДОСТОЕВСКИЙ». Живу должно. Как следует.
ОЛЕГ. А как следует? (Наливает.) Будете? (Достоевский укоризненно смотрит на него.) А… Ну, да… (Выпивает, закусывает.) Ну, что молчите? Вы же классик. У вас на все должны быть ответы. Вот по мне не всё должно, что можно… И не всё можно, что должно. Этакая теория относительности…
Олег утирается салфеткой, разваливается на стуле, наблюдает за «Достоевским», который продолжает обход комнаты.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Пообносился, Георгий Иванович, да…
«Достоевский» замечает картину, которую принес Олег, останавливается около нее.
ОЛЕГ. Не знаете, почему здесь связь не ловит? У вас тоже? Или у вас еще нет телефонов? Вы уже застали первые телефоны, Федор Михайлыч?
«Достоевский» подходит к Олегу со спины, наклоняется к его уху.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Можно ваш паспорт?
ОЛЕГ. Зачем?
«ДОСТОЕВСКИЙ». Для подтверждения личности.
ОЛЕГ. Вы сами тут недавно утверждали, что я – это я.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Это был тест. На реакцию.
ОЛЕГ. После того, как вы покажете мне свой.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Не положено по инструкции.
Достоевский отходит от Олега, подходит к настенным часам, рассматривает их.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Девятнадцатый век.
ОЛЕГ. А, по инструкции… Ну, тогда понятно…
«ДОСТОЕВСКИЙ». Что вам понятно?
ОЛЕГ. Всё понятно. (Громко.) Жора! Тут к нам товарищ из шизик-плейса пожаловал. Ты в курсе? (Встает, направляется к выходу из комнаты.) Жо-рик…
«ДОСТОЕВСКИЙ». Олег Николаевич, руководство холдинга знает о последнем переводе на ваш оффшорный счет?..
Олег останавливается, внимательно смотрит на «Достоевского».
«ДОСТОЕВСКИЙ». В Люксембурге…
Жора на кухне слышит громкий голос Олега, настораживается. Прячет в конверт красный лист, конверт – в коробку. Быстро допивает рюмку, прячет бутылку и коробку. Нарезает закуску.
Олег подходит к столу, жестом предлагает «Достоевскому» присесть. Оба садятся за стол друг напротив друга.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Олег Николаевич, на что вы пошли бы ради Георгия Ивановича?
ОЛЕГ. Почему я должен на что-то ради кого-то идти?
«ДОСТОЕВСКИЙ». Этот кто-то не чужой вам человек.
ОЛЕГ. Предположим.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Сумма?
ОЛЕГ. Вы о чем?
«ДОСТОЕВСКИЙ». На какую сумму вы готовы пойти?
ОЛЕГ. У Жоры долги? Вы за этим?
«ДОСТОЕВСКИЙ». «Я помогаю только адресно. В ком уверен. Кто проверен». А вы корыстник, Олег Николаевич.
ОЛЕГ. А вы под дверью подслушивали?
«ДОСТОЕВСКИЙ». Бдел!
ОЛЕГ. Вот оно что. Неожиданно.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Чтобы пойти ради человека на что-то, он должен представлять для вас какую-то ценность. Просто быть человеком для вас недостаточно. Значит, вы готовы помочь лишь тому, кто вам близок. А значит, он тоже вам чем-то должен. Или тому, в ком вы напрямую заинтересованы. В основе вашего отношения к человеку лежит выгода. Любостяжание. Падкость на барыше.
ОЛЕГ. Ну-ну. Давайте только без достоевщины.
«Достоевский» приближает лицо к Олегу. Говорит, глядя прямо ему в глаза.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Выгода любого плана – материальная либо духовная. Моральная.
Олег отодвигается от него, встает.
ОЛЕГ. Так поступают все.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Мне не нужны все. (Упирается пальцем в грудь Олега). Мне нужны – вы.
ОЛЕГ (откидывая руку «Достоевского»). Да пошел ты… Вы меня тут за героя одноименного романа держите? Один какую-то бумагу нелепую просит подписать. Что я тут, в его квартире, по своей воле нахожусь. (Громко.) Жора, ты придешь уже? («Достоевскому».) Второй шантажировать меня взялся. Да еще учить. Не на того напали, милейший Федор Михайлыч, или как вас там?
«ДОСТОЕВСКИЙ» (вплотную подходя к Олегу). Расчётец имеешь… Признавайся, стервец.
Олег хватает «Достоевского» за обшлага плаща.
В комнату входит Жора с бутылкой в руках и закусками. Олег отпускает «Достоевского», тот пятится от него. Жора словно не видит «Достоевского».
ЖОРА. А я тут покрепче принес!
«Достоевский» берет портфель, садится на диван, ставит портфель рядом с диваном. Олег смотрит на «Достоевского». Жора открывает бутылку, наливает.
«ДОСТОЕВСКИЙ» (вполголоса). Люксембург.
ОЛЕГ. Жорик…
ЖОРА. Да?
ОЛЕГ. Мы тут говорили…(Жора и «Достоевский» в напряжении замирают.) что я на Пушкина похож.
ЖОРА (натянуто смеясь). Ага! вылитый.
ОЛЕГ. Он тоже своей жене завещал выйти замуж за порядочного человека. Ты порядочный, Жора?
Жора садится за стол.
ЖОРА. Я… порядочный.
Жора выпивает. Олег смотрит на него. Молчание.
ОЛЕГ. Я ухожу… Вызову такси.
Олег вынимает смартфон, смотрит на экран.
ОЛЕГ. Часы сбились… Сколько времени, вообще?
Олег оглядывается в поисках часов. Подходит к старинным часам на стене, которые висят высоко. Пытается рассмотреть циферблат. В это время «Достоевский» выходит из комнаты.
ОЛЕГ. Что ж темно-то так?
ЖОРА. Они стоят. Вечер уже. Садись – выпьем. Куда ты собрался? И не поговорили толком.
Олег подходит к Жоре.
ОЛЕГ (кивая в сторону двери). Это кто?
ЖОРА. Так… по работе.
ОЛЕГ. По работе? По какой работе?
ЖОРА. Зашел за отчетом.
Олег подходит к двери, выглядывает из комнаты, возвращается, подходит к Жоре.
ОЛЕГ. За отчетом? А про оффшоры мои тоже в этом отчете? Ты нахрена меня позвал? Клоуна из меня делать? Тогда предупреждал бы сразу. Ты же порядочный. Шантажировать меня решили?
ЖОРА. Ты о чем?
ОЛЕГ. Не на того нарвались. Я вас всех махинаторов насквозь вижу. Опыт по жизни большой.
ЖОРА. О чем ты?!
ОЛЕГ. «Олег, братуха, прилетай! Сколько лет – сколько зим! Как я рад, что тебя нашел! Я осознал… Да ты только один… и был настоящий друг! Только ты мне можешь помочь! Светка умоляет!» Трепло ты, Жорик. Вот ты кто.
ЖОРА. Я по-хорошему хотел…
Олег берет одной рукой Жору за грудки.
ОЛЕГ. Как про оффшоры узнали? Колись.
ЖОРА. Я не понимаю…
Олег и Жора смотрят друг на друга. Олег отпускает Жору.
ОЛЕГ. Только ради Светки… Где этот, литератор-пидоратор?
Олег выходит из комнаты. Жора видит оставленный «Достоевским» портфель. Прячет его под диван.
В прихожей открыта входная дверь. Олег выходит на лестничную площадку. Возвращается, закрывает дверь. За дверью, прижавшись к стене, стоят щуплый, невысокого роста М У Ж Ч И Н А и дородная, высокая Ж Е Н Щ И Н А. У Мужчины в руках папка.
ОЛЕГ. «Достоевский» где?
МУЖЧИНА. На Тихвинском кладбище.
ОЛЕГ. Неожиданно. (Замечает в руках Мужчины папку.) Жора, тут к тебе. С отчетом.

Сцена 4
За столом сидят Жора, справа от него Олег, слева – Женщина, напротив – Мужчина. Молчание. Мужчина сидит, опустив голову. Жора смотрит на него. Женщина смотрит на Олега, подмигивает ему, облизывает губы. Олег берет бутылку.
ОЛЕГ. Может, за встречу?
Женщина довольно улыбается. Мужчина смотрит на Олега и снова опускает голову, сжимает в руках папку. Олег смотрит на папку. Потом ищет глазами рюмки.
ОЛЕГ. Пардон… Жора, где у нас рюмки?
Жора не отрывает взгляда от Мужчины.
ЖОРА. Я прошу вас уйти.
ЖЕНЩИНА (Мужчине). Мурзик…
МУЖЧИНА (не глядя на Жору). Нам нужно посидеть здесь… немного. Полтора часа… Всего лишь… (Олегу.) Вы понимаете?
ОЛЕГ. Не очень… Но после Достоевского…
ЖОРА. Я. Прошу. Вас. Уйти.
МУЖЧИНА. Всего полтора часа…
ОЛЕГ. Жора, ну что ты, правда? Людям надо отсидеться. Зачем-то. (Наклоняясь к Жоре.) Жорик, у тебя очень странные знакомые… (Всем.) А давайте выпьем! Связи нет, часы не идут. Темно. Достоевский на кладбище. Чем не выпить?
Олег наливает в две рюмки. Одну ставит перед Женщиной, другую – перед Мужчиной. Мужчина протягивает руку к рюмке.
ЖЕНЩИНА (не глядя на Мужчину). Мурзик не пьет.
Мужчина убирает руку, снова сжимает папку. Олег подает рюмку Жоре. Жора не реагирует, смотрит на гостей. Олег чокается с Женщиной, выпивают. Женщина наливает себе снова, выпивает, не закусывая, строит глазки Олегу.
Жора вскакивает, указывает рукой на дверь.
ЖОРА. Вон из моей квартиры! Я сказал вон!
ЖЕНЩИНА (Мужчине). Мурзик…
ОЛЕГ (Жоре). Ты чё завелся-то?
ЖОРА. Я требую! Вон! Я сказал вон!
Олег встает, кладет Жоре руку на плечо.
ОЛЕГ. Успокойся. (Жора пытается сопротивляться.) Теперь я тебе говорю. (Давит на плечо Жоры, усаживает его на место.) Я хочу досмотреть спектакль до конца. (Садится.)
Женщина в это время наливает себе в рюмку. Жора ее выпивает.
ОЛЕГ. Ну, вот… Посидим рядком. Покумекаем. Кто, зачем, почему. (Жора пытается встать. Олег усаживает его на место.) Сидеть!
Женщина призывно глядит на Олега.
ЖЕНЩИНА (Мужчине). Мурзик…
Мужчина расправляет плечи, вскидывает голову, делает глубокий вздох.
МУЖЧИНА. Поговорим о насилии.
ОЛЕГ. Неожиданно.
МУЖЧИНА. В семье.
Женщина наливает, выпивает.
ОЛЕГ. Может, об алкоголизме?
МУЖЧИНА. Как вы относитесь к насилию?
ОЛЕГ. Категорически отрицательно. (Кладет руку Жоре на плечо.) Жора, скажи.
ЖОРА. Еще минута, и я вышвырну вас отсюда!
ОЛЕГ. Ну что ты заладил? (Мужчине.) А это уже насилие, правда?
Олег оглядывает Женщину. Она ему подмигивает.
ОЛЕГ. А вообще-то я бы посмотрел, как ты будешь вышвыривать.
МУЖЧИНА. Опаснее физического – психологическое насилие. Nota bene! На нем основываются все личностные отношения.
ОЛЕГ. Это бред.
Олег разливает по рюмкам спиртное. Чокается с Женщиной, пьют. Олег ест.
МУЖЧИНА (все больше воодушевляясь и жестикулируя). Насмешки и издевательства. Угрозы. Контроль. Манипуляции. Назовите сферу вашей жизни, в которой отсутствует всё это…
Олег, жуя, мычит. Жора порывается встать. Олег, не глядя в его сторону и продолжая есть, нажимая ему на плечо и усаживает на место,.
МУЖЧИНА. Не назовете. Потому что такого нет. Бизнес, семейная жизнь, отношения с друзьями, воспитание детей. Во всем в открытой или скрытой форме присутствует психологическое насилие.
ОЛЕГ. Чушь. Просто бытовые конфликты.
МУЖЧИНА. Бытовые конфликты направлены на поиск согласия. А насилие – на власть.
ОЛЕГ. Давайте о чем-нибудь более позитивном. (Женщина игриво смотрит на Олега, поправляет прическу.) Например, расскажите о себе.
МУЖЧИНА (Олегу). Сколько раз за последние часы вы применяли насилие?
ОЛЕГ. Знаете, мне уже снова хочется.
МУЖЧИНА. Сколько раз за последние сутки вы испытывали насилие?
ОЛЕГ. Да нисколько.
МУЖЧИНА. Вы беспрекословно подписали согласие на нахождение в этой квартире?
ОЛЕГ (Жоре). Ага, значит, все-таки спектакль.
МУЖЧИНА. Газлайтинг.
ОЛЕГ. А теперь по-русски.
Женщина усмехается.
МУЖЧИНА. Манипуляция. Психологическая. Цель – посеять в жертве сомнение, что она объективно воспринимает действительность.
ОЛЕГ (глядя на Жору). Манипуляция, говоришь?
ЖЕНЩИНА. Мурзик…
МУЖЧИНА. В детстве было такое, что родители не разговаривали с вами, чтобы наказать?
ОЛЕГ (оборачиваясь к Мужчине). Что?
МУЖЧИНА. А вы не разговаривали с женой, когда были обижены?
ОЛЕГ. А у вас, скажите, такого не было?
МУЖЧИНА. Насилие молчанием – самая изощренная форма психологического насилия. Nota bene! Она меняет структуру мозга.
Жора сидит, сжав кулаки и закрыв глаза.
ОЛЕГ. Жора, наша беседа принимает нездоровую форму. Жора.
Жора не реагирует.
МУЖЧИНА (указывая на Жору). Игнорирование. Один из типов насилия молчанием.
Жора не реагирует. Женщина наливает себе, выпивает.
МУЖЧИНА (указывая на Жору). А также. «Глухая стена». Демонстрация презрения. И отказ от эмоционального контакта.
Жора резко встает и выходит из комнаты.
ЖЕНЩИНА. Мурзик…
Мужчина, оставив папку на стуле, выходит вслед за Жорой. Женщина наливает себе и Олегу.
ЖЕНЩИНА. За взаимопроникновение! (Чокается с Олегом.) Лучше позже с чем-то, чем раньше и ни с чем.
ОЛЕГ. Неожиданно...
Олег замечает оставленную Мужчиной папку.
ЖЕНЩИНА. Так говорят у нас. В Люксембурге.
Женщина подходит к проигрывателю, включает пластинку. Звучит музыка.

Сцена 5
Кухня в квартире Жоры. Жора и Мужчина стоят у стола. На нем бутылка водки и рюмка.
МУЖЧИНА. Да не кипишуй ты. (Жора выпивает.) Я сам был в шоке, когда тебя увидел.
Жора наливает в рюмку. Мужчина осматривается, открывает кухонный шкаф – там пусто. Видит подсвечник в форме стакана. Берет его, достает свечку, ставит ее на стол, наливает в подсвечник водку, выпивает.
ЖОРА. Ты тоже?
Мужчина пожимает плечами. Жора садится за стол, обхватив голову, смотрит в одну точку. Молчание.
ЖОРА. Потапов сказал, что из нашего НИИ больше никого. Только я и он.
Мужчина достает из кармана лист.
МУЖЧИНА. Вот. У тебя тоже такой знак. На задании. Черное солнце. Символ организации.
Жора смотрит на лист. Отворачивается. Молчание.
МУЖЧИНА. Ты должен нам уступить.
ЖОРА. Да не могу я!.. Не могу… Это мой последний шанс.
Мужчина садится рядом с Жорой.
МУЖЧИНА. Ну, послушай. Ты же статичный. Ты можешь сблефовать, и никто не поймет. Для тебя это не опасно… Здесь же нет камер. Отдай нам портфель. (Жора отрицательно мотает головой.) Твоя задача ведь не мы. Правильно? Мы так – постольку-поскольку. Главное ведь он (кивает в сторону комнаты), этот фраер в галстуке. Ну, вот и обрабатывай. Нам портфель – и мы уйдем.
ЖОРА. Кто-то ещё будет?
МУЖЧИНА. Чего не знаю, того не знаю.
ЖОРА. А что мне за это?
МУЖЧИНА. Сопрем на этого мудака. В крайнем случае, ты можешь им пожертвовать. За него дадут еще одну жизнь. А там ты в фаворитах, и всё! Едешь в Ниццу!
ЖОРА. Мне нужны гарантии.
МУЖЧИНА. Смотри: если Семёныч в ближайший месяц отдаст коньки, я тебя возьму в наш отдел. И Светка не помеха. Всё чики-пики. И в группе новая ступень к просветлению. В тренинге ты уже не адепт, а лидер. И на работе при делах. Ну, по рукам?
Мужчина протягивает Жоре руку. Пауза.
ЖОРА. На колени.
МУЖЧИНА. Ты чего?
ЖОРА. На колени… На колени вставай… Проси.
МУЖЧИНА. Да ты рехнулся.
Жора встает, смотрит на мужчину сверху вниз. Мужчина вскакивает.
МУЖЧИНА (сдавленным, дрожащим голосом). Ты хоть знаешь, что я тебя на работе в порошок сотру… Ты забыл, как умолял меня полставки тебе отдать? Да тебя без Семёныча давно бы там не было. Кто ты? (Плюет.) Тьфу – и растер.
ЖОРА. На колени.
МУЖЧИНА. Такие, как ты, в тренинге в самый раз. Впаривают вам про личностный рост. Неудачникам гребаным. А вы и рады стараться… Я такой путь прошел. И чтоб теперь… вот тут… так… и из-за кого…
Жора поворачивается в Мужчине спиной, стоит, засунув руки в карманы и запрокинув голову. Мужчина стоит, глядя на него, потом медленно встает на колени.
Жора оборачивается, подходит к Мужчине, достает из его нагрудного кармана платок. Вытирает им плевок с пола, кладет платок обратно Мужчине в карман.
ЖОРА. А теперь поговорим.

Сцена 6
Комната в квартире Жоры. Женщина в вальяжной позе сидит за столом, смотрит на Олега. Достает из сумочки сигареты. Берет сигарету в рот, наклоняется к Олегу. Олег бьет по карманам, показывая, что в них нет зажигалки. Женщина усмехается, отваливается на спинку стула, достает зажигалку из сумочки, закуривает. Пускает дым в потолок, смотрит на Олега.
ОЛЕГ. Выпьем? (Наливает себе и Женщине.)
ЖЕНЩИНА. Значит, вот ты какой…
ОЛЕГ. Какой?.. И почему «ты»?
ЖЕНЩИНА. Ну… такой…
ОЛЕГ. Понимаете, я приехал к другу… юности. Не виделись пятнадцать лет… Представляете?
ЖЕНЩИНА. И чё?
ОЛЕГ. Ну… я как-то иначе представлял эту встречу… Более камерной, что ли…
ЖЕНЩИНА. Вы чё, эти?
ОЛЕГ. Нет. Ну что вы… По другому сценарию, если понимаете… А вы ему кто?
ЖЕНЩИНА. По работе.
ОЛЕГ. Тут сегодня, видимо, весь НИИ соберется.
ЖЕНЩИНА. Кто?
ОЛЕГ. НИИ
ЖЕНЩИНА. Не знаю такого.
Молчание. Олег смотрит на стул, где лежит папка, которую оставил Мужчина.
ОЛЕГ. Вы что-то про Люксембург говорили…
ЖЕНЩИНА. Говорят, город красивый.
ОЛЕГ. Бывал пару раз – ничего.
ЖЕНЩИНА. У меня муж туда уехал.
ОЛЕГ (показывая в сторону кухни). А?... А, понял… Неожиданно… Надолго? В командировку? Или так – мир посмотреть?
ЖЕНЩИНА (с силой давит окурок в тарелке). Навсегда.
Молчание. Олег подходит к проигрывателю, ставит пластинку. Включает. Звучит танцевальная музыка.
ОЛЕГ. Как вам?
ЖЕНЩИНА. Нормалёк.
ОЛЕГ. Потанцуем?.. А что? Сейчас организуем танцпол, так сказать.
Олег передвигает стулья, освобождая место. Стул с папкой задвигает за стол, подальше от Женщины.
Женщина замечает маневры Олега с папкой, но не подает вида. С бокалом в руке встает из-за стола, начинает танцевать перед Олегом, медленно наступая на него. Олег, танцуя, пятится. Женщина подступает к нему ближе. И как бы случайно выливает на его рубашку спиртное.
ЖЕНЩИНА. У-у-у… теперь ты не красавчик?
Олег осматривает красное пятно на своей рубахе.
ЖЕНЩИН (проводя по пятну пальцем). Ты ранен в самое сердце.
ОЛЕГ. У меня вообще-то встреча завтра.
Олег выходит из комнаты.
ЖЕНЩИНА (ему вслед). А ты солью.
Женщина, оставшись одна, начинает осматривать комнату. Устраивает настоящий обыск. Ищет под столом, заглядывает в шкафы. Стоит посреди комнаты, внимательно осматривая ее.
Сцена 7
Кухня в квартире Жоры. Жора и Мужчина сидят за столом друг напротив друга, играют в шахматы.
МУЖЧИНА. Ты отдаешь нам портфель… Шах… Я делюсь схемой дальнейших действий. Между нами.
Молчание. Жора и Мужчина передвигают фигурки.
ЖОРА. Кто она?
МУЖЧИНА (показывая в сторону комнаты). А, эта… Живу с ней.
ЖОРА. Ты показывал фотки. Там другая.
МУЖЧИНА. Когда?
ЖОРА. На корпоративе.
МУЖЧИНА. Так это не жена. Мы просто живем. Задание в группе. Часть тренинга.
ЖОРА. А жена?
МУЖЧИНА. Она с другим… Не-не. Без этого. Просто надо выдержать неделю.
Жора наливает в рюмку и подсвечник. Выпивают.
ЖОРА. Мурзик.
МУЖЧИНА. Ага. Придумала дура.
ЖОРА. Мурзик.
Жора смеется. Мужчина натянуто смеется в ответ. Молчание. Продолжают играть.
ЖОРА. Цугцванг.
МУЖЧИНА. А ты молодец. Я не думал даже… Значит, статичный член. Круто. Как смог?
ЖОРА. В смысле?
МУЖЧИНА. Что?
ЖОРА. Про член.
МУЖЧИНА. А… Ну, статус твой.
ЖОРА. Мне не говорили про статус.
МУЖЧИНА. Ну… объясняли ведь. Я и эта – подвижные члены. Должны перемещаться от объекта к объекту. А ты статичный. На своей точке только.
ЖОРА. Я, видимо, забыл… И в чем суть?
МУЖЧИНА. Ну, ты даешь. Подвижный получает задание, что должен сделать то-то и то-то. И характеристику того, к кому идет. Выполнил задание – прошел на новый уровень. Не выполнил… тогда трындец.
ЖОРА. И какое у тебя задание?
МУЖЧИНА. Не разглашаем.
Жора наливает Мужчине. Мужчина берет подсвечник с водкой.
ЖОРА. А если постараться?
МУЖЧИНА. Только потому, что ты согласился помочь... (Выпивает.)
ЖОРА. Я еще не согласился.
МУЖЧИНА. Полтора часа продержаться и впаривать про насилие.
ЖОРА. И всё?
МУЖЧИНА. Всё… Пришлось мудень эту психическую учить… Nota bene, ёксель-карапоксель. Ну, и портфель, конечно... Ну, что, по рукам?
ЖОРА. А характеристика?
МУЖЧИНА. Твоя?.. (Жора кивает.) Нельзя.
Жора протягивает руку к Мужчине, поправляет в его кармане носовой платок. Смотри ему в лицо. Мужчина начинает рыться по карманам. Достает синий лист, подает Жоре.
ЖОРА. Синий?
МУЖЧИНА. Ага. Я тоже обрадовался.
ЖОРА. Почему?
МУЖЧИНА. Что не красный. Повышенный уровень опасности. Риск смерти. У этой (кивает в сторону комнаты) месяц назад муж такой получил. Он ее в группу привел.
ЖОРА. И что?
МУЖЧИНА. Числится без вести пропавшим. Если мы задание не выполним, она следующая. Дура, но жалко. Держат почему-то ее. Говорят, знает что-то…

Сцена 8
Комната. Женщина и Олег танцуют медленный танец. На Олеге пиджак на голое тело, застегнутый на все пуговицы. Женщина меланхолично курит сигарету и прижимает Олега к себе. Олег пытается отстраниться от нее.
ОЛЕГ. А муж-то что уехал? (Женщина пожимает плечом.) И что?.. и неизвестно ничего?.. (Женщина отрицательно мотает головой.) У жителей Люксембурга есть девиз. Mir wëlle bleiwe wat mir sinn.
ЖЕНЩИНА (удивленно смотрит на Олега). Ого!
ОЛЕГ. Мы хотим остаться теми, кто мы есть… А вот вы хотите остаться той, кто вы есть?
ЖЕНЩИНА. Не-а.
ОЛЕГ. Вот этим мы от них и отличаемся.
Женщина сильнее прижимается к Олегу. Олег пытается отстраниться от нее.
ОЛЕГ. И как вы… без мужа?
Женщина усмехается. Подпевая музыке, начинает расстегивать на пиджаке Олега пуговицу.

Сцена 9
Кухня. Жора сидит за столом, склонившись над синим листом. Мужчина ходит туда-сюда по кухне, смотрит на наручные часы.
МУЖЧИНА. Ну… нам пора…
ЖОРА. Суки… Комплекс провинциала…
Жора мнет лист, отбрасывает его. Смотрит на мужчину.
ЖОРА. Я из провинции в семнадцать лет бежал. Какой комплекс? Я туда ни ногой. (Подносит руку к горлу.) Потому что вот она у меня где.
Мужчина поднимает лист, расправляет его.
ЖОРА. Отец умирал – я не поехал. Потому что ненавижу их всех. Понимаешь? Не-на-ви-жу!..
МУЖЧИНА. Бывает…
ЖОРА. Я от их жизни сбежал. И рад. Рад, что их паршивая глухомань там осталась… И они вместе с ней… Потому что ничего, кроме быдла, примитива и тупости, в них нет. И не будет… Провинциала они нашли, охренеть. (Вскакивает, вырывает у Мужчины лист.) «Бесхарактерный… ведомый». Они мне что втирали? Что я лидер. Только скрытый. Что скорейшая реализация… После этого всего… Надо сделать всего-то ничего…
МУЖЧИНА. Что в залоге?
ЖОРА. Квартира. (Мужчина присвистывает.) Они сказали: для стимула только…
МУЖЧИНА. Попал…
Жора возвращается за стол, наливает себе, выпивает.
МУЖЧИНА. Пора нам. На новый объект. Портфель… где?
ЖОРА. Нет.
МУЖЧИНА. Как нет?
ЖОРА. Я сказал нет.
МУЖЧИНА. Мы же…
ЖОРА. Я ни о чем с вами не договаривался.
МУЖЧИНА. У нее красный лист.
ЖОРА. Меня не волнует…
Жора вскакивает, приближается к Мужчине, подносит к его лицу кулак со смятым в нем листом. Мужчина пятится.
ЖОРА. И вот это меня не волнует. Так и передай.
Жора отбрасывает лист. Мужчина обходит Жору, подходит к столу, передвигает фигурку на доске.
МУЖЧИНА. Кстати, тебе мат.
Мужчина направляется к выходу, в проеме двери сталкивается с Олегом, который в растрепанном виде вбегает на кухню.
Жора в это время хватает горсть шахматных фигурок, бросает их в спину Мужчины и попадает в Олега. Олег поднимает руки вверх.
ОЛЕГ (Жоре). Не стреляй! (Мужчине.) А сексуальное насилие считается?
МУЖЧИНА (не оборачиваясь). А ты, Георгий Иванович, похоже, не только квартиру просрал. Паршивый из тебя стрелок…
Мужчина выходит из кухни.

Сцена 10
Комната. Жора лежит на диване, заведя руки за голову. Смотрит в потолок. Олег сидит рядом на полу.
ОЛЕГ. Да… вечер-вечерок… встречка… Чего тебе этот хмырь наговорил?.. Что-то про квартиру… Ты должен, что ли? Что они ходят все?.. Я вот категорически в долг не беру… А баба его…Я уже и забыл, что такие бывают… Хорошо живу, видимо, Жора. (Пауза.) Зачем звал-то?.. Понятно… А вот ты не изменился. Вот тогда так же, когда в институте учились, замолчишь, и всё. День молчишь, два молчишь… А тогда вообще неделю не разговаривал, помнишь? Ну, когда мы со Светкой в кино без тебя ходили… Ты всё помнишь, Жорик. Ты у нас памятливый. (Пауза.) Ты, если во что встрял, не боись – выкрутимся. Я этого твоего Достоевского сразу раскусил. Коллектор, да?.. Знаешь, Жорик, долги – это не самое страшное. Поверь… Это даже хорошо, что он про оффшоры разнюхал. Значит, ненадежный канал. Будем думать… Ты, братуха, не грузись – всё решаемо. Олежа приехал – Олежа проблемы разрулит… Ну, ты знаешь… Как пятнадцать лет назад…
Пауза. Олег встает.
ОЛЕГ. Пойду, отмоюсь от вакханалии. (Снимает пиджак, вешает его на стул, идет к выходу.) Полотенце где? (Жора не реагирует на его вопрос.) Понял. Не суетись. Сам.
Олег выходит из комнаты. Жора встает, достает из-под кровати портфель. Открывает его. Шарит в нем рукой, заглядывает в него – там ничего нет.
ЖОРА. Чёрт.
Жора засовывает портфель под диван. Садится на пол в позу медитации, закрывает глаза.

Сцена 11
На кухне полумрак. За столом сидит К Р И С Т И Н А. Заходит Олег, в брюках, с голым торсом, на шее полотенце. Он не замечает Кристину. Подходит к крану, наливает воду в стакан. Подносит стакан ко рту.
КРИСТИНА. Это вредно. Сырая вода.
Олег вздрагивает, оборачивается. Кристина зажигает свечу, которая стоит на столе.
ОЛЕГ. Вы к Жоре? Сейчас позову. (Со стаканом в руке направляется из кухни.)
КРИСТИНА. Я к вам.
ОЛЕГ (оборачиваясь). Ко мне?
КРИСТИНА. К вам… к тебе…
ОЛЕГ. Минуту…
Олег выходит из кухни, заходит в комнату. Ставит стакан на стол. Берет со стула пиджак, надевает, смотрит на Жору, который сидит неподвижно в медитативной позе. Олег берет стакан с водой, ставит обратно. Наливает спиртное, выпивает. Смотрит на Жору. Возвращается на кухню.
Кристина в том же положении сидит за столом, переставляет по нему шахматные фигурки. Олег садится напротив ее.
ОЛЕГ. Я вас слушаю.
КРИСТИН. Помните… помнишь детскую считалку? Про месяц.
Олег поправляет ворот пиджака.
ОЛЕГ. Считалку?… Какую?
КРИСТИНА (двигая фигурки по столу).
Вы-шел ме-сяц из ту-ма-на…
Вы-нул но-жик из кар-ма-на…
ОЛЕГ. А точно. Вспомнил… Точно-точно… В детстве мы… Может, выпьем? Я принесу…
КРИСТИНА (глядя в лицо Олегу). Бу-ду ре-зать… бу-ду би-ть… Все равно тебе водить…
ОЛЕГ. Неожиданно... Да… Я принесу всё-таки.
Олег направляется из кухни.
КРИСТИНА. А вы… а ты меня совсем не помнишь?
Олег останавливается.
ОЛЕГ (не оборачиваясь). Нет. (Выходит из кухни.)

Сцена 12
Кухня. Олег и Кристина сидят за столом. Перед ними рюмки и бутылка.
КРИСТИНА. А помнишь концерт в ДК? Под Новый год…
ОЛЕГ. Помню. Концерт.
КРИСТИНА. А лодочную станцию? Помнишь? Там еще летом купаться не разрешали. А мы специально с лодки падали. Ну, как бы ненароком…
ОЛЕГ. Извини…
КРИСТИНА. Меня Кристина зовут.
Олег разводит руками. Наливает, подает рюмку Кристине.
ОЛЕГ. За встречу… Кристина. (Выпивают.) Кстати, у меня жена тоже Кристина.
Кристина передвигает фигурки по столу. Пауза.
ОЛЕГ. Так бывает… Я в прошлом году на форуме в Германии одноклассника встретил. Так он меня тоже не помнил. Рядом в подъездах жили. Все детство футбол во дворе. На великах… А он так и не вспомнил. Я еще подумал: как можно не помнить? А теперь понимаю…
КРИСТИНА.
А король на рынке
Продаёт ботинки…
ОЛЕГ. Зато сейчас заново познакомились. Здорово ведь…
КРИСТИНА.
А ботинки не простые,
В них застежки золотые.
Кристина достает из сумки конверт. Кладет его на стол перед Олегом.
ОЛЕГ. Что это?
КРИСТИНА. Письма.
ОЛЕГ. Чьи?
КРИСТИНА. Мои. Тебе… Я писала их каждый год. 27 апреля.
ОЛЕГ. Неожиданно… Прости, я честно тебя не помню… Это точно был я? (Кристина пристально смотрит на Олега.) 27 апреля что значит?
Кристина кладет руку на конверт.
КРИСТИНА. 27 апреля. Год заканчивается на «три»… «Сегодня мне так и не хватило храбрости… сказать тебе то, что хотела. И голос был не мой… и стеснялась, как дурочка…» (Кристина кладет на конверт вторую руку. Смотрит в лицо Олегу.) 27 апреля. Год заканчивается на «восемь». «Нам уже не по девятнадцать лет. И мы не дети… Но то, что в конверте… особо значимо для меня. Я хранила эти письма все это время. И ждала того момента… когда смогу сказать. Что так же привязана к тебе, как и раньше».
ОЛЕГ. Это, конечно, всё…
Кристина встает из-за стола.
КРИСТИНА. 27 апреля. Год заканчивается на «два». «За последние семь лет… я думаю о тебе так часто… что мне не по себе. У тебя своя жизнь. У меня своя… Я ничего не прошу от тебя». (Забирается на табурет.) 27 апреля. Год заканчивается на «шесть». «Конечно, можно бесконечно себя обманывать. Как я делала это много лет… Но сердце, видимо, это никак не примет». (Забирается на стол.) 27 апреля. Год заканчивается на «девять». «Ты все равно со мной…. Во многом со мной. В воспоминаниях, в музыке, в словах... Я научилась себя успокаивать. И жить с мыслями о тебе куда приятнее, чем вообще без тебя...»
Олег встает, ходит по кухне.
ОЛЕГ. Я ничего не помню… Я не помню тебя. Честное слово.
КРИСТИНА. «Спасибо за откровенность. Но в этот раз лучше ничего не отвечать. Пусть ожидания останутся ожиданиями. Это так прекрасно. Спасибо».
Олег подходит к столу, протягивает Кристине руку.
ОЛЕГ. Может, слезешь?.. Бывает…
Кристина не обращает на него внимания. Она садится на стол, раскачивается.
ОЛЕГ. Бывает… по молодости… всех и не припомнишь, как говорится…
КРИСТИНА. 27 апреля. Запомни этот день.
ОЛЕГ. И что этот день?
КРИСТИНА.
А на следующую ночь
Я зарежу твою дочь…
А дочь не моя…
А дочь короля…
ОЛЕГ. День этот что?
КРИСТИНА. У тебя есть дети?..
Олег смотрит на нее, поднимает ворот пиджака.
КРИСТИНА. Я сделала аборт. У меня никогда не будет детей.
ОЛЕГ. Я сомневаюсь, что я…
КРИСТИНА. Муж меня бросил. Когда узнал, что не будет. Никогда.
Олег садится за стол, наливает себе.
ОЛЕГ. Знаешь, надо как-то все выяснить… Почему я?.. Хоть убей не помню.
КРИСТИНА. 8 Марта… Турбаза на Синей горке… На мне было красное платье… Я тогда подстриглась под мальчика… Ты говорил, что у меня красивые глаза…
ОЛЕГ. Да не помню я! Не помню. Хоть убей.
Пауза. Кристина слезает со стола.
КРИСТИНА. Ты всегда был трус. Мелкий подонок и трус… И бабник… И Светка ушла от тебя. Потому что ты никто. Жалкий ублюдок… Хуже Жорика… Ты спроси у него, почему Светка на выпускном с ним ушла… Спроси-спроси… Над тобой тогда весь курс ржал. Как они тебя подставили. Ты думаешь, ты сам направление в свой Засранск выбрал? Решил всем доказать?.. Идиот. (Берет сумку, направляется из кухни, останавливается на пороге.) Жену, говоришь, Кристиной зовут?.. Ну-ну… (Выходит.)
Олег берет конверт, оставленный Кристиной, открывает шкафы в поисках мусорного ведра. Достает его, смотрит на выброшенный букет. Засовывает ведро обратно.
Садится за стол. Наливает, выпивает. Сбивает щелчком несколько фигурок на шахматной доске. Открывает конверт. Достает из него листы, начинает читать. Что-то в них привлекает его внимание. Просматривает их, быстро перелистывая.

Сцена 13
Комната. Жора сидит в позе медитации с закрытыми глазами. Олег забегает в комнату, в руке он держит помятые листы. Встает на четвереньки перед Жорой.
ОЛЕГ. Жо-ра… Жо-рик, братуха, очнись. Ты во что меня втянул, падла?.. Ты зачем меня позвал, сука?.. Отвечай… по-хорошему… (Машет перед лицом Жоры листами.) Это откуда? Это как вы всё?.. Ты у меня будешь отвечать.
Олег встает, берет Жору за грудки. Тот открывает глаза. Олег резким движением ставит Жору на ноги.
ОЛЕГ. Отвечай! (Встряхивает Жору.) Отвечай, говорю.
ЖОРА (вырываясь). Да отстань ты.
Жора поворачивается к Олегу спиной, хочет уйти. Тот хватает его за плечо, разворачивает к себе.
ОЛЕГ. Стоять!
ЖОРА. Руки убери.
Олег притягивает Жору к себе. Жора сжимает кулаки, но не вырывается.
ОЛЕГ. Что эта шизанутая мне сейчас про Светку и тебя втирала? Я еще тогда, на выпускном, хотел тебе вмазать. (Кивая в сторону листов на полу.) Это что? Зачем это?
ЖОРА. А ты струханул… Я и не надеялся…
ОЛЕГ. Ты же предатель, Жорик.
Олег отталкивает Жору от себя. Тот отшатывается, хватается за спинку стула.
ОЛЕГ. Кто ты был без меня? Лошок из провинции… Думаешь, я забыл? Как ты киданул меня тогда… Со Светкой.
Жора медленно приподнимает стул. Олег следит за его рукой. Жора с размаху ставит стул перед Олегом. Идет к столу, садится к Олегу спиной, наливает, выпивает.
ОЛЕГ. Кто эта была? Очередная подстава?
ЖОРА. Не важно.
ОЛЕГ. Светка от меня ушла, потому что ты…
ЖОРА. Сам виноват. Нечего было с другими…
ОЛЕГ. Ну, ты же знал, что не было ничего.
ЖОРА. Знал. И что? Сегодня не было, а завтра будет. Ты ведь, кроме себя, не видел никого. Все же вокруг тебя должны…
ОЛЕГ. Я вот одного не пойму… Как Светка на тебя повелась. Жалостью взял?.. Она ведь такая – горячая… И ты – хладнокровное… Никогда бы не подумал…
Олег садится напротив Жоры, выпивает.
ЖОРА. Не старайся – не получится… унизить… (Пауза.) А ты думал что? Приедешь – и всё? Как всегда, на коне? «Лошка» спасать, поучать? Ты в своей провинции пальцы гни. А здесь не надо. Здесь теперь другие правила… Я тебя всегда ненавидел. Если бы ты знал, как мне, сука, противно было… Ты весь у нас такой успешный, такой… А кто я? Лошок из Пидуя… Ты любил из себя покровителя корчить. А чё не корчить-то? Вы же городские, у вас папы-мамы при деньгах, при делах… И мы такие причпохали не понять откуда. Второй сорт. Лимита. Как я ненавидел тебя… Я тогда себе слово дал: сдохну, а зацеплюсь. Тоже хотел так – по бульвару вальяжной походкой… Да, я знал, что у тебя ни с кем не было. Но мне зачем было Светку разубеждать. Она не доверяла тебе, а мне на руку. Они любят сочувствующих их надуманным бедам. Я просто не разубедил. А дальше все само собой. Ты, герой мегаполиса, отчалил в провинцию. Покорять, доказывать – всё, как ты любишь. Для меня это был шанс. Зачем тебе Светка? У тебя же и так всё было. Так что, Олежа, не горюй. Всё по справедливости.
Молчание.
ОЛЕГ. Молодец, Жорик. Всё по законам жанра. Честно… (Встает, поднимает с пола листы, останавливает за спиной Жоры.) Ты мне на последний вопрос ответь – и всё. Я какого хрена сюда летел? Твои сопли слушать? Клиентуру психдиспа́нсера встречать? (Наклоняясь к уху Жоры.) А? Ну, скажи мне. Скажи… Всё, что ты говорил, Жорик, – это лирика. Ностальжи. (Подносит к лицу Жоры листы.) А вот это что? Это что, я тебя спрашиваю?!
Жора вскакивает, разворачивается. Они хватают друг друга за грудки. Олег встряхивает Жору.
ЖОРА. Стой! Стой. Подожди. Я скажу.
Олег выпускает Жору. Тот подходит к тумбе, выключает диктофон.
ЖОРА. Всё нормально. Всё, что я сказал, – это блеф. Это задание, понимаешь? Вызвать тебя на эмоции. Всё. Это только задание. (Указывая на листы.) И это блеф. Всего лишь имитация действительности.
ОЛЕГ. Нет, Жорик. Не имитация… Здесь все мои телодвижения в бизнесе за последние пять лет.
ЖОРА. Я не в курсе. Правда… Это не я.
ОЛЕГ. Не ты… Не ты, значит?.. (Пауза.) И вправду, куда тебе?
Олег сует листы в карман пиджака. Потом сбрасывает пиджак, выходит из комнаты. Жора наблюдает за ним. Олег возвращается, на ходу застегивая рубаху. Надевает пиджак. Достает из кармана листы. Выходит из комнаты.
ЖОРА (громко). Дверь закрыта. У меня нет ключа.
Олег возвращается, набирает на смартфоне номер – сигнала нет.
ОЛЕГ. К черту! К черту!..
Олег подбегает к окну, отдергивает штору. Мы видим, что окно закрыто фанерными листами. Олег дергает за фанеру. Она не поддается. Он дергает ещё раз. Фанера в этом месте отрывается. Жора тянет Олега за руку.
ЖОРА. Не надо.
ОЛЕГ (отдергивая руку). Да пошел ты...
Олег отдирает фанеру с окна и балконной двери. Распахивает окно и дверь. В комнату врываются звуки ночного города. Штору выдувает в окно. Она развевается на ветру.

Сцена 14
Балкон. Жора и Олег сидят на полу, прислонившись спинами к стене. Курят.
ОЛЕГ. Не курил с института…
ЖОРА. А я последний раз, когда отец умер…
Молчание.
ЖОРА. Что делаешь, когда думаешь о смерти?
ОЛЕГ. О чем?
ЖОРА. О смерти.
ОЛЕГ. О чьей?
ЖОРА. О своей.
ОЛЕГ. Ты о самоубийстве?
ЖОРА. О неизбежности.
ОЛЕГ. Я не думаю.
ЖОРА. Все думают.
ОЛЕГ. Знаю, что умру. Что думать-то?
ЖОРА. Знать – это одно. А вот осознавать…
ОЛЕГ. Разница в чем?
ЖОРА. Знаешь ты всегда. И это как бы не твоё, не про тебя. А осознаешь – вдруг. Вдруг понимаешь, что и ты умрешь. По-настоящему. И больше ничего не будет. Тебя не будет. Больше никогда.
ОЛЕГ. А покурить иногда – здорово…
ЖОРА. Я как-то в автобусе утром на работу ехал. И вдруг понял: я тоже умру. Как озарение. Даже не умом понял. А как-то всем собою. Что ты, получается, как бы себе и не принадлежишь. И такая обреченность. И страх. И думаю: живу один раз, прожил уже бо́льшую половину жизни – и что? Нафига этот непонятный автобус? Зачем я еду на эту непонятную работу? Жизнь-то одна. И не повторится. А я тут трачу ее. В общественном транспорте.
ОЛЕГ. И что?
ЖОРА. Потом как-то вроде отвлекся. А ночью опять: думается – и всё.
ОЛЕГ. Машину купи. Пару раз мудилы подрежут – сразу желание жить обострится. Будешь ценить каждый день без аварий и пробок.
Молчание.
ЖОРА. А однажды зашел в автобус. А он почти пустой. Сел. Потом думаю: может пересесть, там, вроде, удобнее.
ОЛЕГ. Просто автобусная сага какая-то...
ЖОРА. Пересел. Опять засомневался. И подумал: а мы ведь в жизни так же. Если выбор есть, мечемся от одного к другому, сомневаемся, сожалеем о выбранном. А стоит залезть в полный автобус, то уж тут какое место свободно – тому и рад. Успел занять – ликуй победитель! И неважно, что на колесе и коленки у подбородка. И рядом толстуха с пакетами и запахом увядшей амброзии. Нет у человека выбора – и зашибись. Счастлив малым. Убог, но доволен.
ОЛЕГ. По-другому я нашу встречу представлял…
ЖОРА. И все-таки. Мне казалось, ты знаешь какой-то способ…
ОЛЕГ. Способ чего?
ЖОРА. Ну, при мыслях о смерти что делать.
ОЛЕГ. «Смерть это то, что бывает с другими». Слышал?
ЖОРА. Тоже решение…
ОЛЕГ. Давай ещё по одной.
Жора и Олег снова закуривают. Молчание.
ОЛЕГ. Значит, говоришь, квест…
ЖОРА. Ну, вроде того…
ОЛЕГ. А что не предупредил?
ЖОРА. Нельзя. Условие.
ОЛЕГ. И что на кону?
ЖОРА. Всё. Квартира. Теперь ещё, оказывается, и работа.
ОЛЕГ. Так квартира разве твоя?
ЖОРА. У меня доверенность на продажу. Семеныч, пока в себе был, написал.
ОЛЕГ. Светка в курсе?
ЖОРА. Она ушла. Месяц назад.
ОЛЕГ. Неожиданно... А я тебе зачем?
ЖОРА. Задание.
ОЛЕГ. Ну, это я уже слышал. Суть в чем?
ЖОРА. Хочу стать лидером группы. Доказываешь организации, что можешь. Манипулировать, управлять. Способы не важны.
ОЛЕГ. И ты выбрал меня.
ЖОРА. Не я. Я подумал, они специально. Как более трудный объект для воздействия. Ну, если учитывать наши отношения в юности…
ОЛЕГ. То есть ты всё рассказал?
ЖОРА. Но когда началось это – про оффшоры, про твои дела, я стал подозревать, что здесь что-то не то. Что им ты нужен… Может, я ошибаюсь…
ОЛЕГ. Ладно. Завтра позвоню куда надо, выясним. Не грузись.
Олег хлопает Жору по плечу.
ОЛЕГ. Олежа приехал – Олежа разрулит. Не боись. А чё – ты, правда, меня ненавидел? Я, вообще, охренел, когда ты сказал.
ЖОРА. Да нет… Так… Ну, если чуть-чуть…
Смеются.
ОЛЕГ. Ну, ты даешь, конечно. А со Светкой – печаль. Пойдем выпьем – расскажешь.
Олег встает, идет к балконной двери, запинается за фанеру. Жора идет за ним.
ОЛЕГ. Зачем заколотил-то?
ЖОРА. По инструкции. Для создания изолированной атмосферы.
ОЛЕГ. А ты дурила, Жорик… А эта-то: «Мурзик».
Смеются.

Сцена 15
Олег и Жора входят в комнату. На столе стоит закрытый гроб.
ОЛЕГ (присвистнув). Приехали…
Олег выходит из комнаты, возвращается. Жора, замерев, смотрит на гроб.
ОЛЕГ. Заперто. (Подходит к гробу.) И чё – кого хороним?
Олег, берется за крышку, чуть отодвигает ее, заглядывает внутрь. Жора наблюдает за ним. Олег сильнее отодвигает крышку. Там пусто.
ОЛЕГ. Ну, и что теперь?
Жора пожимает плечами.
ОЛЕГ. Значит, выпьем. В любой непонятной ситуации надо выпить.
Олег подходит к тумбе, на которой теперь составлены бутылки и рюмки, наливает.
Жора выходит из комнаты. Заходит на кухню. На столе стоит коробка. Жора достает из коробки красный лист, читает. Складывает лист, убирает его в карман. Стоит задумавшись. Выходит из кухни.
В это время Олег включает на проигрывателе пластинку. Громко начинает играть музыка. С бутылкой и рюмками он забирается в гроб.
Жора заходит в комнату. Посреди комнаты в гробу сидит Олег. Он заметно пьян. Перед ним стоит бутылка.
ОЛЕГ. Присоединяйся… Я – Херон… Поплывем… в мир иной…
ЖОРА. Харон.
Олег выпивает.
ОЛЕГ. Херон-харон – один херон. Давай залазь. Когда еще в гробу посидишь… живым… Ты там спрашивал, что делать, когда о смерти мысли. (Ударяет о край гроба.) Вот и ответ.
ЖОРА. Что тебе Кристина сказала?
ОЛЕГ. Кристина?.. А! Привет, говорит… Вот картину тебе… А ты открой все-таки, посмотри…
ЖОРА. Другая. Та, что ночью приходила.
ОЛЕГ. А, эта… (Крутит у виска.) Эта вообще… А что?
ЖОРА. Что говорила?
ОЛЕГ. Да чушь всякую … За юность там предъявляла… Ну, не помню я её… Честное слово… Какой-то аборт, какой-то муж… Что-то про вас со Светкой. А, да, письма еще читала. Бред…
Жора подходит к Олегу, смотрит ему в лицо. Олег протягивает ему рюмку. Жора продолжает смотреть на него. Олег сам выпивает.
ЖОРА. Вспоминай.
ОЛЕГ. Вот. И она так же: вспомни-вспомни, вспомни-вспомни. Да не помню я ее.
ЖОРА. Что говорила?
ОЛЕГ. А, вот. Еще считалку детскую… Не помню… Что-то про луну… Мммм… как же там? А, точно. Вышел месяц из тумана. Вот… Точно… А за месяцем луна… Черт повесил колдуна. (Пьяно смеется.)
Жора осматривает гроб. Шарит внутри него за обивкой по периметру. Проверяет в том месте, где сидит Олег. Тот теряет равновесие, хватается за края гроба.
ОЛЕГ. Ну, ты чего? Шатаешь нас…
Жора останавливается. Он что-то нащупал. Медленно вытаскивает из-под обивки револьвер. Держит его перед собой. Пластинка заканчивается. Слышно шипение иглы.
ОЛЕГ. Теперь точно приплыли.
Олег вылезает из гроба. Выходит из комнаты. Жора аккуратно кладет револьвер в гроб.
В комнату возвращается Олег. У него мокрые волосы и лицо.
Олег и Жора стоят напротив друг друга по разные стороны гроба, смотрят на револьвер, лежащий в гробу.
ОЛЕГ. Это еще ничего не значит.
Жора поднимает глаза, смотрит на Олега.
ОЛЕГ. Суй его обратно. Мы не видели – и всё.
ЖОРА. Русская рулетка – самый оригинальный и самый нелепый способ ухода из жизни.
ОЛЕГ. Вот-вот, нелепый. Жорик, это развод. Нас всего лишь разводят. Какие рулетки… Ну. Ну, ты же не веришь, что вот… и… Ну, это же бред. Бред, Жора… Мы не должны… Это так… пощекотать нервы – и всё… Да пошли они…
Олег протягивает руку к револьверу. Жора перехватывает ее.
ЖОРА. Не трожь.
ОЛЕГ (убирая руку). Ну, хорошо… Давай тогда просто закроем гроб. (Берется за крышку гроба.)
ЖОРА. Нет.
Олег отходит от гроба.
ОЛЕГ. Тогда я пас… (С усмешкой.) Девятнадцатый век.
Олег ложится на диван, запрокинув руки за голову.
ОЛЕГ. Дай сигарету.
Жора кидает ему пачку. Олег закуривает.Ннапевает мелодию на английском языке. Жора подходит к тумбе, наливает себе, выпивает. Убирает иглу с пластинки.
Молчание.
ОЛЕГ. Джонни Эйс. Слышал? Был такой блюзовый музыкант. Сразу после его смерти было продано почти 2 миллиона записей. Он неудачно сыграл в русскую рулетку… Ни твоя, ни моя смерть таких бабок не принесет… Так что, Жорик, расслабляемся и ждем утра.
Жора подходит к гробу, смотрит на револьвер.
ЖОРА. Кто первый? (Пауза.) Кинем жребий.
ОЛЕГ. Слушай, всё это, конечно, здорово. Но включи разум. Мы не должны это делать. Это квест. Игра.
ЖОРА (шаря по карманам). У тебя есть монета?.. Тогда так.
Жора медленно идет в сторону Олега, проговаривая считалку и показывая пальцем то на себя, то на Олега.
ЖОРА. Вышел месяц из тумана…
ОЛЕГ. Какой бред, а…
Олег садится. Жора подходит к Олегу, встает перед ним на колени.
ЖОРА. Вынул ножик из кармана, буду резать, буду бить, все равно тебе водить.
На последнем слове Жора останавливает палец на себе. Испуганно смотрит на Олега. Олег встает.
ОЛЕГ. Всё. Больше не пьем. (Подходит к тумбе, выпивает.) Затейники, твою мать. Он, может, вообще не заряжен. (Подходит к гробу, берет револьвер, взвешивает его на руке.)
ЖОРА. Нельзя проверять.
Олег наводит револьвер на Жору. Жора медленно встает. Олег усмехается, подставляет револьвер себе к виску. Нажимает на курок. Выстрела нет. Олег опускает руку с револьвером. Бросает его в гроб.
ОЛЕГ. Ну. Что я говорил. Не заряжен.
Жора достает из кармана помятый красный лист. Разворачивает его, показывает Олегу: посередине страницы написано «2 из 6».
ЖОРА. Два из шести…
ОЛЕГ. И что?
ЖОРА. Видишь, черное солнце? Знак организации… (Берет дрожащей рукой револьвер.) Два выстрела… из шести.
ОЛЕГ. Ты можешь не стрелять…
Жора медленно подносит револьвер к виску, закрывает глаза. Пауза. Жора опускает револьвер. Смотрит на Олега. Зажмуривается, резко подносит револьвер к виску. Пауза. Жора кидает револьвер в гроб.
ЖОРА. Нет! (Хватается за голову, сжимая ее.) Нет! Нет! Не могу… Это всё… Ты понимаешь?.. Для меня… это всё…
Жора садится на пол у окна, спиной к батарее. Сидит, согнув колени и опустив лицо в ладони. Над ним развевается штора. Олег берет револьвер.
ОЛЕГ. Он не заряжен. Смотри…
Олег стреляет в сторону. Выстрелом разбивает настенные часы. Они издают протяжный гул и замолкают. На пол падают осколки стекла.
Олег с Жорой в испуге смотрят друг на друга.
ОЛЕГ. Неожиданно...
В комнату заходит «Достоевский», за ним – Кристина.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Господа, время квеста окончено.
Пауза.
Олег, не оборачиваясь к вошедшим, застегивает рубаху, надевает галстук, который достает из кармана пиджака. Надевает пиджак.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Олег Николаевич, какие будут указания?
ОЛЕГ (показывая взглядом на гроб). Уберите.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Всенепременно.
Заходят 2 человека в рабочей одежде. Закрывают крышкой гроб, выносят его.
На столе, там, где стоял гроб, лежит папка, которую принес Мужчина. Олег подходит к столу берет папку, смотрит с сожалением на Жору. Передает папку «Достоевскому».
ЖОРА. Олег... Как же так?..
Олег оправляется, достает из нагрудного кармана пиджака расческу. Причесывается.
ОЛЕГ. Ты проиграл, Жорик. (Дует на расческу, убирает ее в карман.) Документы подпиши.
К Жоре подходит «Достоевский». В одной руке у него та самая папка, на ней листы с напечатанным текстом, в другой – ручка. Он, улыбаясь, протягивает их Жоре. Жора медлит.
ОЛЕГ. Подписывай, Жора, подписывай. Как состуденческий друг по-хорошему тебе советую. Ведь ты хочешь остаться тем, кто ты есть. Да и слово давал…
Жора подписывает бумагу.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Благодарствую.
Жора выходит из комнаты. Заходит на кухню. Выключает там свет.
«Достоевский» отдает папку Олегу. Тот направляется к выходу. «Достоевский», сняв шляпу, семенит рядом.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Еще раз мой почтение, Олег Николаевич. Очень было приятно… так сказать, познакомиться… Очень-очень неожиданно, что вы сами… так сказать, присутствовали… Мы ведь не сразу и поняли…
ОЛЕГ. Остальные документы факсом отправите. (Останавливается, осматривает плащ и шляпу «Достоевского», морщится). И прекращайте этот цирк с ряжеными.
«ДОСТОЕВСКИЙ». Да-да, конечно. Еще раз очень приятно.
У выхода Олега поджидает Кристина. Она подает ему конверт.
КРИСТИНА. Извините, вы уронили.
ОЛЕГ. Это не моё.
КРИСТИНА (улыбаясь). Ваше.
ОЛЕГ. Неожиданно…
Олег берет конверт. Выходит.
«Достоевский» с гордым видом надевает шляпу, оправляет плащ.
«ДОСТОЕВСКИЙ» (обиженно). Ряженые… (Подходит к тумбе, наливает спиртное). Я в девяносто третьем заслуженного получил… (Выпивает.) …почти … если бы театр не закрыли… (Кристине властно.) Всё?
КРИСТИНА. Да.
«Достоевский» и Кристина направляются к выходу. Из кухни раздается звук выстрела.
«ДОСТОЕВСКИЙ» (театрально). Финита ля комедия!
«Достоевский» возвращается, бросает на стол ключи, берет с тумбы бутылку, прячет в карман плаща. Уходят.

Сцена 16
Аэропорт. Зал ожидания. На скамье сидит Олег. Достает из сумки конверт, распечатывает его. Достает красный лист, читает.
ГОЛОС СВЕТЛАНЫ. Цугцванг, Олег. Мой отец умирает. Он уверен, что ты продолжишь его дело. И ты уверен в этом. Не правда ли? Отец имеет право на последнее удовольствие – заблуждаться. А вот ты – нет. Слишком долго я ждала. Пятнадцать лет. Или, как уточнил бы несчастный Жорик, четырнадцать с половиной. Кстати, о Жорике. Ты всегда считал его слабаком. И сейчас, как видно, тебе его не жалко. А я ведь все ждала, что ты поможешь ему. Настоишь хотя бы на том, чтобы он сразу распечатает картину. Или осмелился хоть что-то сделать не по инструкции. Но, увы, Жорик остался Жориком. Ты не ошибся в нем. И я не ошиблась в нем... Но ты ошибся в другом. Это было испытание для тебя. Как ты засуетился, когда узнал про оффшоры! Да если бы даже этот имбецил пустил себе пулю в лоб, ты бы не взрогнул... Ты всегда считал себя хозяином положения. Но это не так. И направление после института, и твой холдинг, и твоя гениальная Кристина, черт её возьми, – это всё мой отец. И даже фамилия владельца тебя не насторожила. Вы такие самовлюбленные ублюдки... И Жора, и ты... Вы ни на что не способны. Вы бестелые. Вы неполноценные. Вы ввязываетесь в игры, которые вам не по силам. Потому что победитель – всегда благороден. Как мой отец. А вы или нытики, или самовлюбленные позёры. Вас остается только презирать... Хорошо, что я тогда избавилась от твоего ребенка... Ты никогда не любил меня. Ты даже не помнишь тот день – 27 апреля... Отец всегда восхищался тобой... Он стер бы тебя в порошок, если бы узнал. Но я хотела сама. Так, чтобы ты уже точно не забыл ничего... Тот, убогий, выбыл из игры. Если завтра он проснется и продолжит все по-прежнему, туда ему и дорога. Он еще не знает, что и квартира, и работа никуда не делись. Я ему оставила шанс – стать другим... А вдруг у него хватит сил, и он покончит с этим... А вот ты, мой дорогой Олежа, ты в игре. И не тебе решать, каким будет следующий ход. Так что продолжение следует.
К скамье подходит МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Садится рядом с Олегом.
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК (указывая на лист). Черное солнце. Die Schwarze Sonne.
Олег смотрит на обратную сторону листа, поспешно складывает лист, убирает в карман. Внимательно смотрит на Молодого человека.
Пауза.
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК. Вы, случайно, не в Люксембург?

Сцена 17
Комната в квартире Жоры. Она наполнена белым светом. Звучит зарубежный хит 80-90-х годов. Посредине комнаты перед картиной, завернутой в бумагу, сидит Жора. Он одет только в белые холщовые брюки.
Жора обрывает с картины бумагу.
ГОЛОС ОЛЕГА. Пренебрежение... Пренебрежение, Жорик. Вот за что нас наказывают.
Картина освобождена. Это белое полотно. Посередине нарисован какой-то символ небольшого размера. Жора протягивает к картине руку, проводит пальцами по символу.
ГОЛОС ОЛЕГА. Мы пренебрегаем чужими чувствами, чужой эмпатией, соучастием... Мы неблагодарные, Жорик. Мы слишком в себе. Слишком сами. И мы платим за это...

Жора убирает руку. На картине изображено черное солнце.
Жора ложится перед картиной в позе эмбриона, замирает.
Мелодия обрывается. Звук съехавшей с пластинки иглы.

Октябрь 2018 г.

Made with Mobirise - Try here